Стихи ру марина марина


Творческий вечер Марины Гарбер США — Люксембург - ДОМ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ ИМЕНИ АЛЕКСАНДРА СОЛЖЕНИЦЫНА Творческий вечер Марины Гарбер США — Люксембург - ДОМ РУССКОГО ЗАРУБЕЖЬЯ ИМЕНИ АЛЕКСАНДРА СОЛЖЕНИЦЫНА Творческий вечер Марины Гарбер США — Люксембург 20 ноября 2015 года в 18. Солженицына приглашает на творческий вечер Марины Гарбер США — Люксембург. В рамках вечера состоится представление книги «Каждый в своем раю: Стихотворения» Марина Гарбер — поэт, эссеист. Эмигрировала в США в 1989 году. Магистр искусств, выпускница факультета иностранных языков и литературы Денверского университета штат Колорадо, США. Защитила диплом с отличием дипломная работа по «Поэме конца» Марины Цветаевой. Преподаватель английского, итальянского и русского языков. Автор стихи ру марина марина стихотворений: «Дом дождя» Филадельфия: Побережье, 1995«Час одиночества» Филадельфия: Побережье, 1999«Между тобой и морем» Нью-Йорк: Новый журнал, 2008; серия «Современная литература Зарубежья»; предисловие Валентины Синкевич. Член редколлегии «Нового журнала» Нью-Йорк. Член редакции журнала «Интерпоэзия» Нью-Йорк. Поэзия, проза, переводы и критические эссе публиковались в периодических изданиях «День и ночь», «Звезда», «Знамя», «Интерпоэзия», «Крещатик», «Нева», «Новый журнал», «Плавучий мост», «Стороны света», «Эмигрантская лира» и других. Член финального жюри фестиваля поэзии «Эмигрантская лира» в 2014 и стихи ру марина марина годах. Отзывы в печати: «Нужно сказать, что врожденный поэтический дар Марины Гарбер воплотился в стиль, исключающий заземленность, обыденность, стихи ру марина марина тем более пошлость, даже если она пишет об обыденных вещах. Она умеет преобразить любую действительность, любую тему возвысить до настоящей, высокой поэзии. У нее это не театрализация жизни и не искусственное, книжное опоэтизирование повседневности, а единственная приемлемая и естественная для нее ткань жизни. Этот стиль у нее подвластен особому поэтическому настроению, о чем бы она ни писала. Да и всю ее поэзию можно смело назвать крылатой» Валентина Синкевич, из предисловия к сборнику «Между тобой и морем». «В новой книге Марины Гарбер четко определилась одна особенность ее поэзии, которая в первых двух была не столь очевидна: это очень европейские, точнее даже, очень романские стихи. Дело здесь не только во внешних атрибутах и не в биографическом значении этой темы для автора. Ее стихи проникнуты неким особым воздухом старой, глубоко укорененной и одновременно живой и яркой культуры. Отсюда и переполненность образами, насыщенность стиха, некая избыточность как признак лирического дара. Некоторые же стихи поражают удивительной отточенностью изобразительностью. Стихи Марины Гарбер не подлежат тематическому дроблению, как невозможно стихи ру марина марина живого опыта души, осмысливающей и пропускающей через себя, как сквозь сито, плотную реальность происходящего. Они не просты, стихи Марины, и требуют внимательного прочтения. Недостаточно скользнуть взглядом — надо осмыслить. «Читая стихи Марины, чувствуешь руку мастера и слышишь голос поэта — неповторимый, уверенный. Эти тексты невозможно разбирать, потому что они не собраны, а выращены, как дерево или цветок. Или скажу иначе — ее стихи напоминают готический храм, что-то вроде Стихи ру марина марина несущие колонны воспринимаются как стволы или стебли, а стен почти что и нет, — только витражные окна» Михаэль Шерб, из рецензии на сборник «Между тобой и морем» Стихи. «У Марины Гарбер параллельные миры пересекаются, Стикс протекает в непосредственной близости к какому-то убогому помещению с уборщицей искусственным освещением… У нее в стихах нет и не может быть границ между смертью и жизнью. Они обе вхожи в ее стихи как враждебные сестры… как неделимое и болезненное единство. В этом смысле она очень близка всей романтической канве Серебряного века… Почти в каждом стихотворении скрыта пьеса, драматическая напряженность сюжета. Порой он яснее ясного. Стихи ру марина марина в каких-то деталях перипетий он часто может лишь только угадываться… Эта двойственность, а еще чаще — множественность, поливариантность сюжета — воистину магическое пространство. Загадочность его, неопределенность завораживает еще и хитросплетением невидимых связей, нитей, жил и завязей мира или даже миров между собой…» Анна Креславская, из статьи «Выход в запредельное» Эмигрантская лира. Вдоль полосы пустой береговой В лиловом свете сумерек неспешных Водить рукой — так крестит постовой Рассеявшихся в воздухе безгрешных. Но только воздух катится из рук, И — пухом камышовая ограда, Прилив — так обессиленный хирург Идет к тебе, не поднимая взгляда. Врастая корнем в топкий перегной, Не вырываясь из тягучей глины, Естественно — так стихи ру марина марина надземной Разглаживает грубые морщины. Песчаное и водное родство Последнее прокладывает русло — Так смерти безыскусное искусство Одолевает жизни мастерство. Но он, этот вестник, он тоже — сплошное ничто, Он тоже идет, выполняя стихи ру марина марина квоту, Застегнутый наглухо, пряча под строгим пальто Холодное тело и теплую желтую кофту. Нас сизые голуби крестят, беззвучно паря Над нами и вновь исчезая в дымящейся гуще, Нам белыми крыльями машут вослед тополя, Как будто собой осеняя бесцельно идущих. Как мертвая птица, зажавшая в клюве конверт, Уже не боится ни ветра, ни ломкого хруста, Я знаю, нас гонят за 208-й километр, Где место на взгорье по-прежнему свято стихи ру марина марина пусто. Кто скачет за нами, какие летят басмачи? Враги, чужаки, отлученные да иноверцы. И ты, тот, что справа, настойчиво мне не стучи В застывшее слева, большое, как яблоко, сердце. Ведь мы не родня, а чужие, крути-не крути, Как маятник Бродского — маемся влево и вправо, Шепча, предавая стихи ру марина марина друга на долгом пути — За хлеб и любовь, за дурную и легкую славу. Но знак водяной проступает на сморщенных лбах И каждое слово подпорчено привкусом стали, Мы — белые рыбы с крючками в шершавых губах, Мы — тихие лирики в поиске светлой печали. Когда добредем, выдыхая в мороз облака, Как в связке, на леске, прошившей от бока до бока, Шепчи свою ложь, будто мы — не улов рыбака, А черные птицы, безумные птицы Хичкока. Мы выключаем звук, говорим «люблю» — Жестами, чтобы деревья сторожевые Нас не подслушали, nothingcomparestoyou, Стихи ру марина марина несравнимы, а мы — живые. Ночь бесконечна, вечна — зачем нам столько? Эта Геката, эта лекарка — я, Эти стихи — снадобье и настойка. Вот мое зелье — пей, засыпай, сновидь, Хочешь, под одеяла зароем лица? Голосовая нить Чутких и зрячих выведет из темницы. Шумные стаи, своры и косяки — Кто там на выходе хваткие ставит сети? Мы остаемся — теплее твоей руки Нет ничего на этом холодном свете. Наш адрес: Москва, ул.

Смотри также